Гид по киновселенной татуировок и отрезанных пальцев

Иван Денисов

В незапамятные времена начала XXI века эпоха бумажной кинопрессы стала постепенно становиться достоянием прошлого, а вот кинопресса электронная обороты ещё не набрала. И тогда едва ли не самым интересным источником информации по культовому, прежде всего азиатскому, кино стали буклеты к ДВД. Если вы надумали ринуться перетряхивать собственные приобретения из подземных переходов той поры, то остановитесь – речь идёт о ДВД, выпущенных в США, иногда в Великобритании.

Буклеты сообщали много полезного о таких великих людях, как Мэйко Кадзи или Киндзи Фукасаку, при этом заставляли обращать внимание и на авторов столь полезных брошюрок. И даже на фоне таких знатоков японского жанрового кино, как Пэтрик Мейшес или Марк Шиллинг, особенно выделялся Крис Дежарден. Его заметки к ДВД «Заключённая «Скорпион» долго оставались моим главным источником информации по творчеству любимой актрисы, той самой Кадзи. Короткая биографическая справка в тех буклетах также сообщала, что Дежарден известен ещё и как Крис Д. Что он автор независимого кино, которое никто не смотрел, писатель, панк-рокер… Впрочем, главное не это. Главное – все биографии Дежардена обещали скорейший выход его масштабной энциклопедии японского гангстерского кино, «Ствол и меч» («Gun and sword»).

Между тем время шло, а энциклопедия не появлялась. Вышла добротная книга Шиллинга «Справочник фильмов о якудза» («Yakuza movie book», 2003), его же краткая история студии «Никкацу» под названием «Без границ, без пределов» («No borders, no limits»), внушительный труд Джаспера Шарпа о японской киноэротике «За розовым занавесом» («Behind the pink curtain», 2008), да и сам Дежарден не бездельничал. Выпускал романы, сборники поэзии, наконец, великолепную книгу «Мастера японского кино вне закона» («Outlaw masters of Japanese cinema», 2005) – интервью и творческие портреты мэтров жанрового кино. Но энциклопедия якудза эйга не появлялась. Мелькали новости. Сперва радостные. Книга завершена ещё в 2002! Великий Фукасаку успел её одобрить и написать предисловие перед самой смертью! Потом всё более унылые. Издательства отказываются печатать том объёмом более 800 страниц. Издательствам не нравится обилие иллюстраций-кинопостеров. Даже главный специалист по литературе о культовом кино «FABpress» отказался заниматься книгой. В общем, «Ствол и меч» приобрёл статус легенды, став книгой, которую все полюбили заочно и, кажется, отказались от мысли увидеть и прочитать.

Но чудеса всё же иногда случаются. В 2013 энциклопедия якудза эйга наконец-то была опубликована. Во всей своей 800-страничной красе и при всех эффектных иллюстрациях, правда, чёрно-белых, но к этому точно не стоит цепляться. И что самое главное – ожидания полностью оправдались. Если вы разделяете любовь Дежардена и автора этой рецензии к японскому кино вообще и гангстерскому в частности, то «Ствол и меч» займёт почётное место на книжной полке. Слово «любовь» использовано не просто так. Magnus opus Дежардена выгодно отличается от многих киноисследований именно тем, что «Ствол и меч» написан не как занудство элитарного критика, а как рассказ всезнающего киномана о любимом жанре. И такой подход делает книгу ещё прекраснее.

Если сравнивать работу Дежардена с теми же книгами Шиллинга или Шарпа, то она выигрывает. Дежарден рассказывает обо всех примерах якудза эйга за период с 1956-1980 (золотое время жанра), а не только о самых показательных (как было у Шиллинга), и не злоупотребляет политикой (случай Шарпа). То есть Дежарден очевидно придерживается традиционных для кинопрессы леволиберальных взглядов, но не выпячивает их. И симпатия к левым постановщикам (Сацуо Ямамото или Дзюнья Сато) не мешает автору в рассказе, например, о студии «Тохо» признать: главенство левых привело к тому, что кинематографистам стали навязывать соответствующую идеологию, отчего те массово стали увольняться и перебираться на менее политизированные студии.

Если говорить о структуре книги, то она довольно проста. Читателя приветствует предисловие мэтра Фукасаку, потом в дело вступает сам Дежарден. Он не без юмора рассказывает о долгих попытках опубликовать «Ствол и меч», даёт обстоятельный обзор истории жанра, а потом переходит к самим фильмам. Основная часть книги – мини-рецензии. Они в свою очередь разделены по студиям: короткая история каждой студии прилагается. Вроде просто, но энтузиазм автора при пересказе сюжетов и анализе плюсов-минусов того или иного фильма передаётся читателю, потому оторваться от книги действительно невозможно. А переходящие со студии на студию любимые режиссёры Дежардена (Хидэо Гося, Ясудзо Масумура, Тай Като, Тэруо Исии) словно герои эпичного романа, то выходящие на первый план, то уходящие в тень. Фильмы оценены по четырёхбалльной системе (меньше двух Дежарден почти не ставит – вот действительно любовь к жанру), а, если фильм автор не смотрел, то честно об этом сообщает и оценку не даёт, довольствуясь подробными выходными данными.

Начинает Дежарден со студии «СинТохо». Здесь главенствуют выполненные в западном духе нео-нуары и криминальные триллеры 1950-60-х, а главным героем раздела становится режиссёр Тэруо Исии. Прежде всего его картины из серии «Линии» («Чёрная линия», «Сексуальная линия») и описанный Дежарденом в восторженных тонах гангстерский экшн «Королева пчёл и школа для драконов».

Студия «Тоэй» удостоена самой подробной главы. Понятно – в 1960-70-е гангстерские ленты составляли основную продукцию «Тоэй». Дежарден рассказывает не только о «нинкё» (близкие самурайскому кино ленты о благородных якудза прошлого) и «дзицуроку» (часто основанные на реальных событиях жестокие фильмы на современном материале), но и более экзотических «сукебан» (боевики о женских бандах с сильной дозой эротики – на Западе их стали называть pinky violence), «босодзоку» (картины о байкерах) или фильмах о каратэ. Среди основных примеров «нинкё» – серии «Женщина-игрок по кличке «Красный Пион», «Игрок», «Торговцы из Канто». «Дзицуроку» представлены шедевром «Бои без чести и жалости» или такими картинами, как «Война якудза на Окинаве» и «Крёстный отец Японии». «Сукебан» – серии «Глава женской банды» или «Женский колледж кошмаров». «Босодзоку» – «Взрыв!», «Волки в городе». Каратэшные боевики – «Уличный боец», «Волк-якудза». Дежарден выделяет таких постановщиков, как тот же Като («Кровь мести», эпизоды серии «Женщина-игрок по кличке «Красный пион»), Косаку Ямасита (опять серия «Женщина-игрок по кличке «Красный пион») и Норифуми Сузуки («Путь благородства») среди ведущих мастеров «нинкё». Киндзи Фукасаку («Бои без чести и жалости», «Кладбище якудза») представлен безусловным лидером «дзицуроку». Кацухико Ямагути («Глава женской банды») и тот же Сузуки («Женский колледж кошмаров») – герои pinky violence. Юкио Нода – спец по «босодзоку», а опять же Ямагути («Воины каратэ») и Сигэхиро Одзава («Уличный боец») – по фильмам о каратэ. Кинозвёзд тоже предостаточно: Дзюнко Фудзи, Кен Такакура и Кодзи Цурута играли едва ли не во всех «нинкё», Бунта Сугавара стал главным актёром «Дзицуроку», Рэйко Икэ и Мики Сугимото – в pinky violence. Тацуо Умемийя – в «босодзоку», а «уличный боец» Сонни Чиба стал главным конкурентом Брюса Ли в Японии. И именно в этой главе вы прочтёте о гениальной серии «Заключённая «Скорпион» с единственной и неповторимой Мэйко Кадзи.

Главным режиссёром «Никкацу» по версии Дежардена оказывается оригинал Сэйдзюн Судзуки («Молодость зверя», «Отмеченный для убийства»), пусть и уволенный со студии за чрезмерную оригинальность. Но Дежарден отмечает и других мастеров жанра – Тосио Масуда («Члены банды: атака», «Гангстер»), Ясухару Хасебе («Кровная вражда») или Кейити Одзава («История жизни цветка благородства: наследница игорного бизнеса»). Хотя здесь тоже снимали «нинкё» (серия «Долг мужчины») для «Никкацу» были характернее отсылавшие к западным криминальным лентам и вестернам опыты: «Мой кольт – мой паспорт» Такаси Номуры или «Жестокая стрелялка» Такуми Фурукавы. Были здесь и свои опыты «сукебан» (серия «Рок бродячих кошек»), хотя они куда скромнее более поздних лент «Тоэй». Зато, когда в 1970-е «Никкацу» переключилась на эротику, они в смысле секса и конкурентов, конечно, перегнали. Правда, гибридам эротики и якудза эйга вроде дилогии с секс-звездой Наоми Тани «Верёвочный ад» Койю Охара или «Верёвка и кожа» Сёгоро Нисимуры Дежарден уделяет лишь пару страниц. А что касается главных звёзд «Никкацу», то это Тецуя Ватари («Гангстер»), Дзё Сисидо («Кровная вражда»), Кьеко Мацубара («История жизни цветка благородства»), Мэйко Кадзи («Рок бродячих кошек»). Из не совсем привычных – в главе про «Никкацу» Дежарден много внимания уделяет молодёжным драмам «таёдзоку» как предвестникам гангстерских лент. Например, «Дикий плод» Ко Накахиры или «Чёрное солнце» Кореёси Курахары.

Для «Даэй» характернее были самурайские ленты, потому и якудза эйга здесь преобладали с историческим уклоном, то есть в основном «нинкё». Например, популярная серия «Молодой босс». Дежарден много внимания уделяет фильмам Кадзуо Икэхиро (кстати, предпочитавшего как раз самурайские картины и недолюбливавшего гангстерское кино), автора нескольких эпизодов «Молодого босса» и «Побега из тюрьмы». В главе про «Дайэй» Дежарден получает возможность поподробнее рассказать о фильмах Ясудзо Масумуры, причём как связанным с темой книги («Солдат-якудза»), так и не очень («Стерва»). Но не думаю, что за это стоит предъявлять автору книги претензии – любовь Дежардена к фильмам и героям «Ствола и меча», повторяю, настолько заразительна, что позволяет закрыть глаза на такие мелочи. Главной звездой «Дайэй» был, безусловно, Райзо Итикава («Молодой босс», «Жизнь игрока: непрерывное кровопролитие»), но Дежарден не забывает о Синтаро Кацу («Дурная репутации») и Митийо Ясуде («Женщина-якудза из Канто»).

Студия «Сётику» предлагала поменьше эталонных для гангстерского кино фильмов, но Дежарден находит и здесь интересные примеры. Всё же на «Сётику» начинал Нобору Андо, реальный гангстер, переквалифицировавшийся в актёры и продюсеры. Да и любимый Дежарденом Тай Като успел отметиться на этой студии, в том числе успешным сотрудничеством с Андо («История лица»). Любопытна глава и тем, что в ней обычно почтительный к мэтрам автор позволяет себе критические выпады в адрес любимца фестивалей Нагисы Осимы. Его попавшие в книгу фильмы «Похороны солнца» и «Двойное самоубийство» Дежарден относит к числу «самых претенциозных в творчестве Осимы».

Рассказ о студии «Тохо» интересен не только из-за истории левых безобразий. После частичного избавления от вредоносной левой идеологии «Тохо» взяла курс на западное кино, потому здесь преобладали гангстерские ленты в американской и итало-французской традиции. Дежарден выделяет серию конца 1950-начала 1960-х «Преступный мир» и работавших как на ней, так и на других криминальных фильмах постановщиков Кихати Окамото и Дзюна Фукуду. Здесь же дилогия с Кадзи «Леди Кровавый Снег» Тосийя Фудзиты и «грязный Гарри по-японски» – дилогия «Дикий полицейский» Цугунобу Котани с Тецуя Ватари.

Собственно, на этом студии заканчиваются. А книга, к счастью, нет. Вас ждут ещё приложения. Прежде всего самурайские ленты, где присутствуют якудза давней исторической поры. Самый показательный пример – серия «Затоичи» с Синтаро Кацу, а, помимо саги о слепом игроке-фехтовальщике, трилогия «Тропой крови» Икэхиро, дилогия «Самурай-волк» Гося и достаточное количество не менее достойных лент. А завершается «Ствол и меч» подборкой независимых гангстерских лент. Они наименее доступны, поэтому здесь дежарденовского текста почти нет. Только в рассказах о жанровых опытах Кодзи Вакамацу (экшн «Нагая пуля», сюрреалистическая «Жестокая девственница») автору есть что рассказать, основываясь на собственном восприятии.

Лучшую же оценку книге дал великий Фукасаку в своём предисловии: «Дежарден рассказал вам всё. И рассказал правильно». Ни к фильмам Киндзи-сана, ни к его словам добавить нечего.


0