Вуди Аллен против Человека-паука

Александр Павлов

Отложив все прочие дела, сегодня я отправился на новый фильм Вуди Аллена, чтобы застать его в первый день проката. Не знаю, почему мне было это важно, но отчего-то я непременно хотел попасть на него как можно скорее. В кинотеатре, куда я пошел, все другие новинки, как и следовало ожидать, подавляли сеансы «Нового человека-паука» в 3D, куда валом валили юные школьники, жадные до летних развлечений. Почти никто не хотел идти на Аллена. Все шли смотреть на очередное творение Марка Уэбба.

У входа в огромный зал, где и должен был идти фильм «Римские приключения», я увидел четырех школьниц, которые с нетерпением ожидали начало сеанса. Я жутко удивился и засомневался, туда ли они попали, ведь вся прочая немногочисленная публика была преклонного возраста, далеко за тридцать – так далеко, что подходило к пятидесяти-шестидесяти. Когда девочки, отпихнув всех локтями, первыми ринулись в бой, контроллер, взглянув на их билеты, поспешила сообщить им, что «Новый человек-паук» идет в другом зале. Те, стремглав, бросились в другой зал. Юным девочкам не нужен был старый Вуди Аллен…

Все мои ожидания от фильма были полностью оправданы. В фильме «Римские приключения» я не увидел ничего такого, чего нельзя было бы увидеть в иных картинах Вуди Аллена. С навязчивой маниакальностью режиссер продолжает посвящать все свои фильмы себе самому. Сюжет сложен, как это обычно бывает с последними фильмами режиссера, из нескольких историй.

Однако нужно понимать, что Вуди Аллен – типичный американский пенсионер. И, как полагается обыкновенному престарелому американцу, ушедшему на пенсию, свою старость Аллен тратит на то, чтобы путешествовать по миру. Пару лет назад Барселона («Вики, Кристина, Барселона»). В прошлом году Париж («Полночь в Париже»). И вот теперь Рим («Римские приключения»). Но надо признать, что жанр историй – не простой жанр. Очень сложно сплести воедино несколько не ровных личных рассказов в единый клубок повествования.

И в жанре этом тяжело работать где-то еще, кроме как в Нью-Йорке, с признания в любви к которому и начинал Вуди Аллен. «Истории» не могут случаться везде, именно поэтому, вероятно, режиссер не стремится в Москву или в Пекин… Но проблема в том, что Барселона, Париж и Рим здесь тоже не очень кстати. В «Римских приключениях» за диалогами и нарративом, по сути, не видно Рима: очевидно, этот город не очень-то и по душе Вуди Аллену, и потому истории получаются пресными. У них просто нет фона, который и должен сделать фильм. Посмотрите хотя бы картину «Американец» Антона Корбайна. В ней видно, что режиссер действительно прочувствовал Италию, а потому зритель может по достоинству оценить атмосферу, в которую попадает герой Джорджа Клуни.

Однако «Римские каникулы» не являются провальным или даже плохим фильмом. Почему же? Потому что Вуди Аллен – славный малый и знает, как сделать даже самый плохой фильм хорошим. Дело в том, что режиссер уже давно узнал секрет производства хорошего кино и, конечно, воспользовался им и в данном случае.

Сам Вуди Аллен играет пенсионера, который боится летать на самолетах, и для которого пенсия равносильна смерти. Когда-то он занимался музыкой. И вот теперь нечаянно обнаруживает, что отец жениха его дочери прекрасно поет… в душе. Он с трудом уговаривает его сходить на прослушивание, но певец не оправдывает надежды и поет очень плохо. Тогда персонаж Аллена делает открытие: оказывается, петь у его свата получается только в душе, и тогда он предпринимает попытку авангардной постановки, в рамках которой герой сцены распевает оперу, рьяно намыливая свое тело мочалкой.

Не прекрасная ли перед нами метафора работы современных СМИ? Часто человек наедине с собой, интимно может совершать такие поступки, которые при людях ему делать чрезвычайно затруднительно. А отсюда решение: чтобы добиться от скромного таланта эффекта, нужно сохранить интимность, но при этом сделать ее публичной. В данном случае дело даже не касается того, чтобы смешались две сферы – частное и публичное. Отнюдь. На публику должна быть вынесена интимность приватной жизни, при этом она должна, просто обязана оставаться интимностью. Так действовали вчерашние реалити-шоу, так они действуют и сегодня. Примерно тем же самым на протяжении своей карьеры занимался и Вуди Аллен. Все проблемы, которые беспокоили его, нашли свое отражение в его фильмах. Грубо говоря, он стал настоящим автором именно тогда, когда от эксцентричных комедий перешел к жанру исповеди и обсуждению проблемы отношений между мужчиной и женщиной.

Все эти же проблемы он продолжает обсуждать и в «Римских приключениях». В фильме много разных историй, но важно понять, что все они, так или иначе, – это истории самого режиссера и сценариста в одном лице. Рационально мы понимаем, что не нужно влюбляться в псевдо-интеллектуалку, ветреную девушку и ради нее бросать надежную и верную подругу, но чувствам не прикажешь, и они берут верх. Однако приятно вспоминать молодость и не жалеть ни о каких решениях, даже о самых неверных, потому что в итоге в старости приходишь к выводу, что они-то и были самыми правильными. Дешевая и случайная слава жутко надоедает и мешает жить, но, когда ее лишаешься, понимаешь, что потерял многое. Измена – это не так уж и плохо, если она укрепляет семейные отношения. И, разумеется, измена – это даже хорошо, потому что скромная жена просто обязана делить золотого мужа с другими женщинами. Пришла старость, но ее так хочется обмануть и доказать, что еще на многое годишься. И доказываешь. В каждой из этих историй и ее (а)моральных оснований Вуди Аллен является героем сам. Он ни о чем не жалеет и лишь смакует прожитую жизнь. Но, в конце концов, ему не чужда и самоирония. Он не только произносит слово «Микеланджело» как «Майкл-анджело», но еще в конце картины и гордится своим статусом «имбичиле», что означает, как он думает «человека, опередившего свое время».

Конечно, приятно смотреть на очередное упражнение в остроумии и самоиронии от великого мастера. Что ни говорите, но Вуди Аллен – один из самых интересных феноменов в американской режиссуре ХХ века, как бы мы к нему ни относились. Однако проблема в том, что эти истории почти никому не нужны. В зале, где я смотрел кино в первый день проката, было менее тридцати человек, и все они, даже относительно молодые, очевидно, весьма опытные и умные люди. Вместо историй молодые люди предпочитают старый сюжет из комикса о том, как человек-паук победил страшную рептилию. Ничего не поделаешь, таковы законы популярной культуры.

Но, чтобы не сложилось превратного впечатления, замечу: «Нового человека-паука» я посмотрел уже давно, а потому не выбирал сегодня между ним и Вуди Алленом. Но, если бы я не смотрел человека-паука, я, конечно, пошел бы на него. Вуди Аллен, разумеется, лучше, но все же он проигрывает миллионным 3D технологиям. Дело в том, что Аллен не столько для развлечения, сколько для вдумчивого диалога на афтепати. Думаю, те молодые школьницы, что спутали зал, в возрасте сорока-пятидесяти лет в кино предпочтут какому-нибудь новому суперхиту несмешную, но неглупую комедию, и с иронией будут сожалеть о подростковой глупости маленьких девочек, нечаянно ошибившихся залом…


0