Трудиться и не унывать: топ-10 синих воротничков

Александр Павлов, Антон Кораблев

Топ-10 синих воротничков МакГаффина

Не успели советские люди отметить пасху, как пришло время нового праздника, на сей раз истинного. МакГаффин не раз заявлял, что желает быть ближе к земле, а потому и к простым людям труда относится с трепетом и уважением. Так что, ребятушки, Александр Павлов и Антон Кораблев славно потрудились, чтобы к великому празднику 1 мая представить на ваш суд лучшую десятку «синих воротничков» современной массовой культуры. Однако прежде чем перейти к горячей десятке, отметим пару особенностей образа «трудящихся» в массовой культуре.

Во-первых, самые яркие образы «синих воротничков» в американском кинематографе приходятся на 1970-е – наиболее плодотворные и действительно полные новаторских идей годы западного кино. Именно в это время, как писали советские исследователи, опираясь на ленинскую теорию двух культур, можно проследить «пути борьбы прогрессивного кинематографа США с буржуазно-апологетическим направлением голливудского кино, борьбы за рабочего зрителя, за идеи пролетарского единства».

Во-вторых, Славой Жижек не случайно говорит, что в американском кино не принято показывать ни труд, ни людей труда. А если вдруг мы и увидим что-то подобное, то это в соответствии с заветами американского критика Робина Вуда является скорее вытесненными страхами. Вуд в своих многочисленных эссе отмечает, что пролетариат – третий по важности субъект, которого мелкобуржуазная идеология пытается «вытеснить» из современной культуры. Так, он пишет: «Пролетариат – до той степени, до которой он сохраняет какое-то автономное существование и избегает колонизации со стороны буржуазной идеологии. По крайней мере, он остается удобным и доступным объектом для проецирования: буржуазная одержимость чистотой, которая, как показывает психоанализ, является внешним симптомом, тесно связанным с сексуальным вытеснением, и буржуазное сексуальное вытеснение как таковое находят свои инверсивные отражения в мифах о бедности и сексуальности рабочего класса». Вуд приводит и примеры: «Я бы назвал “Франкенштейна” Уэйла отчасти из-за силы его всепроникающих классовых отсылок, но скорее из-за выразительности костюма Бориса Карлоффа: Франкенштейн мог бы одеть свою креатуру в цилиндр, белый галстук и фрак, но выбрал для него одежду рабочего. Менее обсуждаемы появившиеся в последние годы “Техасская резня бензопилой”, … бедные почитатели дьявола из “Гонки с дьяволом” и революционная армия из “Нападения на 13-й участок”.

В нижеследующем топе легко обнаружить обе упоминаемые здесь тенденции.

Трудяга № 1 

Коллективный исчезающий класс

«Смерть рабочего» (2005)

Социальный антрополог от кинематографа австрийский гений Михаэль Главоггер, известный не только своими документальными лентами, но и художественными, снял один из самых выдающихся фильмов 2000-х. Коллекция новелл, посвященных рабочим земного шара, говорит лишь об одном: человека труда больше не существует. Даже Маркс не смог бы показать рабочего так, как изобразил его Главоггер. «Я знал о начале и конце фильма с самого начала. Я хотел обратиться к корням “иконизированного” представления рабочих, берущих начало в городе, где Стаханов установил свой рекорд, ставший масштабным историческим событием, поскольку он послужил началом мифологии о труде и популяризации рабочего. Я также попытался не использовать снимки и рабочих для каких-либо идеологических целей, как, к примеру, было в случае со Стахановым, вместо того я сделал попытку придать фильму чувственность, но не словами или идеологией, а эмоциями».

Трудяга №2

Тони Манеро

«Лихорадка субботним вечером» (1977)

С утра до вечера простой парень Тони Манеро из паршивого Бруклина без образования, без мозгов и без перспектив в этой жизни с утра до вечера вкалывает как проклятый, а все для того, чтобы субботним вечером одеться в свой белый костюм и пойти на дискотеку. И там, на танцполе, впасть в лихорадочный танец, чтобы во время диско-вакханалии сравняться с Богом. Потому что в славные дни диско сам Бог на танцплощадке боялся связываться с Джоном Траволтой, сыгравшим в этой картине одну из своих лучших ролей. И глупый рабочий танцевал, пока у него были на то силы и пока он был молодым…

Трудяга №3

Даг Куэйд

«Вспомнить все» (1990)

Вот что гласит о рабочем будущего любое описание картины «Вспомнить все»: «В 2048 году жизнь простого рабочего парня Дага Куэйда скучна и однообразна. Поэтому, чтобы хоть как-то поразвлечься, он решает воспользоваться услугами некой компании, которая за определенную плату посылает в его мозг импульсы, создающие полную иллюзию того, что он — другой человек, живущий другой, интересной жизнью…». Почти все любят Арнольда Шварценеггера и почти все знают, что он – актер одного образа, крутого парня, который борется за справедливость во всех ее проявлениях. Однако почти все соглашаются с тем, что в ленте «Вспомнить все» Арнольд по-настоящему играл. Но на самом деле он не играл, а был тем, кого должен был играть, то есть рабочим. Ведь если кто и может символизировать истинного трудягу в кино, так это Шварценеггер. И дело не в том, что скучающим строителям середины XXI века предлагали «опиум», который бы помог им забыться и прожить более насыщенную жизнь. Дело в том, что рабочий оказался супер-героем, способным поставить на Марсе все с ног на голову, но помочь угнетенным мутантам свергнуть власть проклятых капиталистов и обрести новую жизнь.

Трудяга №4

Синие воротнички Пола Шредера

«Синий воротничок» (1978)

Сценарист Пол Шредер долго писал сценарии прежде, чем ему доверили поработать в качестве режиссера в «Новом Голливуде». И дебютировал он ни чем иным, как фильмом о «синих воротничках». Картина «Синий воротничок» рассказывает «историю трех рабочих автомобильного завода в Детройте. Жизнь у сборочного конвейера тосклива. Изо дня в день клеить ветровое стекло… Один автомобиль в минуту. 55 в час. 220000 в год. Зарплата неприлично маленькая. Профсоюз продажный. Жизнь — бесконечный перечень неоплаченных счетов. И вот трое рабочих задумывают провернуть дельце, чтобы вырваться на свободу из этого мрака». Ох, и оторвутся эти сорванцы…

Трудяга №5

Роберт Дюпи

«Пять легких пьес» (1970)

Делец «Нового Голливуда» Боб Рэйфелсон снял абсолютно новаторский фильм о непростом человеке труда и, надо сказать, не прогадал получив за это творение кучу комплиментов от суровых киноведов. В центре сюжета нефтяник Роберт Дюпи, которого играет еще молодой и не обласканный критиками Джек Николсон, живет в одном из городков Техаса. Его спутница жизни, весьма недалекая барышня, работает официанткой в местной забегаловке. Когда-то давным-давно Роберт был гениальным пианистом. Но он бросил музицировать, оставил богатеньких родственников и уехал в Техас, поближе к земле – к правде жизни. Лишь изредка он не может справиться с собой и отдается природе: например, в душный день, простаивая в пробке, он залезает на грузовик, груженный пианино, и начинает виртуозно играть. Но зритель да и сам персонаж Николсона понимают, что это – просто баловство, не более, потому что правда – в красных руках, а не в белых.

Трудяга №6

Тревор Резник

«Машинист» (2001)

В последнее время сильно сдавший режиссер Бред Андерсон с маниакальной настойчивостью продолжает делать «синих воротничков» героями своих фильмов, несмотря на то, что это в нынешнюю эру дикого капитализма радикально не модно. И хотя вселенная кошмаров Андерсона населена сумасшедшими токарями, малярами, шпаклевщиками, клерками низшего звена, центром этой вселенной является самый «трудолюбивый» из всех героев Андерсона Тревор Резник (в блестящем исполнении Кристиана Бэйла), потерявший сон и вступивший в мир мистических происшествий и страшных тайн, настолько отощавший, что вот-вот растворится в воздухе. Из-за злых тараканов в голове Резник стал виною тому, что станок оторвал руку его товарищу. Последний вовсе не обиделся и все простил коллеге. Такой он, благородный человек труда. Кстати, самое кошмарное в фильмах Андерсона – ни с чем не сравнимая атмосфера, в которой живут пролетарии.

 Трудяга №7

Бендер

«Футурама» (3000-…)

И хотя всем известный робот Бендер не любит работать, он был сделан в Мексике, чтобы служить «синим воротничком», то есть сгибать. Часто, чтобы не трудиться, он выдумывает робо-праздники типа «Робонуки», во время которых религиозным роботам работать строго-настрого запрещается. Ах, знал бы Бендер про 1 мая, тогда бы он мог предъявлять эксплуататору Туранге Лиле примерно следующее: «Сегодня у роботов, состоящих в профсоюзе, первое мая, день труда! И я, робот-сгибальщик, проведу его с Блэкджеком и шлюхами! Так что поцелуй мой блестящий зад!».

 Трудяга №8

Кожаное лицо

«Техасская резня бензопилой» (1974)

Мало кто задумывается, но кошмарные убийцы из ставшей уже культовой классикой картины Тоуба Хупера, это настоящие рабочие, то есть обыкновенные люди труда. Они являются семьей отставных, но все еще практикующих работников скотобойни. Социально-экономическая система бездушного капитализма, уничтожившего американскую глубинку, лишила их не только средств, которые бы могли продлить их на самом деле жалкое существование, но и смысла жизни вообще. У этих людей не было другой цели, кроме как «трудиться и не унывать», как однажды метко выразился британский историк Томас Карлейль. А потому их, казалось бы, ужасные зверства – это даже не месть, но лишь попытка вновь ощутить вкус жизни, найти последнее прибежище в этом опустевшем мире. Нужно также принимать во внимание, что фильм «Техасская резня бензопилой» был снят в середине 1970-х годов – как раз в то время, когда в США на экране хоть как-то были представлены «синие воротнички».

 Трудяга №9

Джонни Ковак

«Кулак» (1978)

 

Описание фильма Норманна Джуисона, главную роль в котором сыграл молодой Сильвестр Сталлоне, без каких бы то ни было комментариев: «Америка тридцатых годов. В США разгар экономической депрессии. Это время расцвета мафии и коррупции. Фабрики и заводы терпят колоссальные убытки. Массовые увольнения выбрасывают на улицу толпы недовольных людей. Многие считают за удачу пополнить ряды организованной преступности. Многие, но только не Джонни Ковак. У него есть хорошие связи с мафией, но он выбирает другой путь. Он вступает в ряды профсоюза и пытается отстоять свое право на труд. Обладая потрясающим даром убеждения, он привлекает под знамена профсоюза толпы людей. Довольно скоро Джонни убеждается, что в рамках закона бороться за свои права – невозможно. И тогда, не обращая внимания на исходящие отовсюду угрозы, он решает бороться с капиталистическими акулами с оружием в руках».

 Трудяга №10

Убийца в костюме шахтера

«Мой кровавый Валентин» (1981)

Конечно, маньяк, запечатленный канадцем Джорджем Михалкой, в стильном шахтерском обмундировании мог бы спокойно занять место и в списке лучших персонажей, олицетворяющих День всех влюбленных. Однако перед нами – не обыкновенный сумасшедший, но всего-навсего еще одна жертва мелкобуржуазной корысти. Маньяк, нещадно убивающий заточенной киркой безмозглых подростков, жаждущих пива и секса, – это не просто поехавший крышей шахтер, но вытесненный страх сытого общества перед трудягой, обезумившим от социального давления. В то время как детишки богатеньких родителей проводят время в праздности, не заботясь о том, чтобы зарабатывать себе на жизнь, шахтер вынужден отчуждать свою человеческую сущность в пользу капиталистической системы… И дело вовсе не в том, кто скрывается за маской шахтера. По большому счету, зрителю все равно, кто убивает пацанят. Дело в том, что убивает трутней сама идея обкраденного и карающего человека труда….


0