Монстры, которых мы потеряли

Елизавета Клочкова

Пока мировой прокат подвергается атаке сливающихся в единую массу зомби из фильма «Война миров Z», стоит внести некоторое разнообразие в дискурс об окружающих нас чудовищах и поговорить о монстрах, в отличие от живых мертвецов являющихся отчаянными индивидуалистами. Речь идет, конечно, о вампирах, допущенных ныне не только на наши экраны, но и в наши дома. Не то чтобы общество не пыталось вписать зомби в повседневную жизнь – достаточно вспомнить хотя бы финал культового фильма  «Шон живых мертвецов», когда зараженные вирусом люди с дебильными лицами учились двигать тележки в супермаркетах и уныло играть в приставку на диване. Однако зомби как был пролетарием, так и остался: без мудрого человеческого наставления он никуда, а вот вампиры наоборот. Они провели последнее столетие не просто в непрерывном процессе социализации: кровососы объявили свои претензии на главенствующее положение в обществе, и все их амбиции были нами послушно удовлетворены.

vampire

Спустя десяток лет после того, как вампир Фрост из «Блейда» (1998) поднимает тему открытого властвования над человеческим родом, его собрат Рассел из сериала «Настоящая кровь» (2008-…) заявляет в прямом эфире центрального американского телеканала: «Вы нам не ровня, и мы вас сожрем», после чего, вальяжно откинувшись, начинает разговор о погоде. Вампиры утверждаются среди нас, но не по причине нашей растущей толерантности к меньшинствам, на что упорно пытаются давить создатели «True Blood». Истинный корень возрастающей роли вампиров в нашей жизни кроется в нашем прогрессирующем отвращении к самим себе. В мире побеждают хладнокровные и почти лишенные человеческой стороны ребята типа персонажа Роберта Паттисона из фильма «Космополис» (2012), а удел реднеков, официанток и заводских алкашей – быть их кормом.

Вампиры почувствовали свое превосходство не в последнюю декаду, как бы ни утверждали обратное заядлые посетители проекта 9gag.com, и даже не в предыдущую. Они всегда знали, что имеют над нами власть. По сути, даже первый увиденный зрителем вампир в истории кино (фильм «Замок дьявола», 1895), несмотря на свой нечеловеческий облик, уже считал себя вполне крутым парнем – кого пожрать у него явно имелось, а покидать свое родное поместье и вписываться ценой огромных усилий в какой-то дурацкий городской ландшафт просто не представлялось для него логичным.

Образ, представленный в «Замке дьявола», в кинематографе почти не задержался, так как спустя год английский писатель Брэм Стокер обнаружил кровососам вполне исторически значимое применение: в мире стремительно ускоряющегося технического прогресса и победивших ценностей гуманизма был просто необходим образ средневекового кровожадного психопата, который вроде и телеграфом умеет пользоваться, но людей в своей массе принять и возлюбить отказывается. Оказалось, вампира из Средневековья вывезти оказалось можно (в чем главный герой «Дракулы» Джонатан Харкер на свою беду преуспел), но Средневековье из вампира – никак.

Не стоит забывать, что вампиры все-таки в отличие от полу-зверей оборотней и разлагающихся зомби – натуры интеллектуально одаренные, поэтому они склонны к развитию и духовному росту, а значит, на пути своего становления в массовом сознании они пережили и период подростковой ломки. Понадобилось на это, правда, ровным счетом восемьдесят лет (ничего страшного: бессмертные все-таки). В вышедшем в 1976 году на экраны фильме великого творца кино о живой мертвечине Джорджа Ромеро перед нами предстает терзаемый своим несоответствием социуму и неспособностью успеть даже за консервативными слоями общества вампир Мартин. Мартина откровенно раздражают старинные байки о кровососах и методах их уничтожения, что приводит к ряду визгливых детских истерик.

К тому же, несмотря на постоянную потребность в крови и убийствах, Мартин в отличие от большинства сородичей не чувствует себя всевластным вершителем человеческих судеб. Он скорее склонен к болезненным терзаниям по поводу каждого оставленного на пути трупа, что значительно приближает его образ к человеческому. Пожалуй, в этом фильме сделан колоссальный шаг от средневекового графа Дракулы в сторону уже набившего нам всем оскомину Эдварда Каллена из франшизы «Сумерки».

vampire collage

Прежде чем освоиться в нашем мире окончательно, вампиры объединяются в свои собственные сообщества, все менее напоминающие архаичные кланы. Причем, их собрания проходят, как правило, в обстановке, показывающей крайне высокий социальный уровень ее обитателей, а также их растущую склонность к восприятию современности. В фильме «Голод» (1983) аристократично-бледные вампиры распивают кровь своих жертв под ставшую позднее культовой для субкультуры готов песню Bauhaus – «Bella Lugosi is dead». В «Блейде» (1998) вампирская диаспора разделена на две группы – консерваторов, одетых в строгие, но уже крайне современные костюмы, и новаторов – окружение «вампира-полукровки» Фроста, проводящих свои ночи в оборудованных по последнему слову техники и дизайна ночных клубах, а дни – в прокаченных хай-тековских гробах.

Наконец, приходит время открыться и простым смертным. Причем не формате единичного интервью, как «первый из слащавых вампиров» Луи в 1994 году («Интервью с вампиром»). Его друг и наставник Лестат совершает решительный камин-аут в 2002, становясь рок-звездой мирового масштаба («Королева проклятых»). Дальше – больше. Вампиры массово выходят из тени в сериале «Настоящая кровь» (2008-…), провоцируя масштабную войну между религиозными фанатиками и прогрессивным американским обществом, помешанным на толерантности. Причем, кровососущей стороной война эта ведется преимущественно через медиа, в то время как члены христианской общины «Солнечное братство» затачивают у себя в подвалах колы и отливают серебряные пули. Вампиры становятся современнее людей.

Несмотря на то, что из всех поверий о вампирах наиболее популярным у кинематографистов является неспособность кровососа войти в дом без приглашения хозяина, последние годы они занимались именно упорным «вталкиванием» клыкастых в наши оказавшиеся вполне гостеприимными дома. Ведь что заставляет окончательно расстаться со страхом больше, чем привычка? Запущенный в 1997 телесериал «Баффи – истребительница вампиров» и прочие телевизионные проекты сделали для «одомашнивания» вампиров больше, чем любой фильм до этого, просто «приучив» нас к перманентному присутствию оных в нашей жизни. Лучше всего эта ситуация ощущается в сериале «Дневники вампира» (2009-…), где любой возникающий в сюжете вампир если и является отрицательным персонажем, то только поначалу. В течение плюс-минус пяти серий все они оказываются жертвами трагичных обстоятельств, к которым среднестатистический зритель быстро начинает испытывать умильное сострадание, мало совместимое с ненавистью или отвращением.

Этический вопрос о совместимости массовых убийств с призом зрительских симпатий решается в «Дневниках вампира» за счет вполне себе правого дискурса. Почти все вампиры и сочувствующие им – преимущественно белые, финансово обеспеченные, с блестящей родословной, выглядят как фотомодели, а их кормом становятся обслуживающий персонал, бомжи и изредка представители среднего класса. В «Настоящей крови» социальный конфликт показан ещё более явно: там бледнолицые аристократы вынуждены кормиться спивающимися реднеками, проводящими свою жизнь с бутылкой пива за барной стойкой. В общем, никакой пощады для нищих обывателей.

В целом, можно сказать, что вампиры – это монстры, которые нас приручили (ни в коем случае не наоборот) и которых мы как следствие потеряли. В мире, где эстетика зачастую затмевает этику, убийство становится актом власти, но не падения, простым кровопролитием нас уже не напугать. Нужен какой-либо психологический или социальный подтекст, а учитывая, что вампиры имеют огромное преимущество на обоих полях, они становятся скорее объектом, привлекающим нас своей властью, вечной молодостью и спокойствием, чем отторгающим кошмаром вроде пованивающих голодных и агрессивных зомби. Однако, тег «ужасы» к фильмам о кровососах на ресурсах типа IMDB и Кинопоиск кажется уже комичным, жанр переживает (или вернее сказать, уже пережил) свой закат, но на положительной ноте. Вампиры добились, чего хотели.

Наверное, многих терзает вопрос, почему всеми любимые «Сумерки» упомянуты лишь вскользь? Потому что это мормонская пропаганда, которая, пусть и стала знаменем закономерного конца жанра, но на самом деле имеет к делу мало отношения.


0