Толерантная история ужасов

Елизавета Клочкова

Телевизионный продюсер и сценарист Райан Мерфи («Glee», «American Horror Story») заслужил себе славу, во-первых, идейного борца «за все хорошее против всего плохого», а во-вторых – придворного автора Белого Дома правления Обамы. Никакого противоречия в этих ипостасях Мерфи для целевой аудитории Обамы (американские подростки, социализирующиеся в эпоху «Obama nation») нет – в каждом своем новом проекте, будь то мюзикл о поющих школьниках или сериал-антология американского хоррора, Мерфи неизменно утверждает священные ценности демократии и «уличает» консерваторов во всех смертных грехах. На данный момент в стадии продакшена находится четвертый сезон «Американской Истории Ужасов», совместного проекта Мерфи и Брайана Фалчака, стартовавшего в 2011 году. Каждый сезон имеет свою «вселенную», время и место действия, а также собственный социально-политический месседж. О четвертом сезоне пока известно, что называться он будет «Freak show» и будет охватывать временной промежуток 1950-х.

asylum-girl-strapped-to-bed-padded-walls-american-horror-story-asylum-teaser

Сюжет первого сезона (AHS: Murder House) разворачивается в наши дни в доме, населенном привидениями. Он являл собой крайне скучную солянку, закончившуюся дружным общежитием обитателей «Дома Убийств». Гораздо интересней оказались второй и третий сезоны, посвященные психиатрической больнице 1960-х годов (AHS: Asylum) и альянсу белых и чернокожих ведьм (AHS: Coven) соответственно. Основной ошибкой AHS: Murder House было то, что авторы, по сути, не сказали в жанре решительно ничего нового, а наивный и скучный финал оставил поклонников хоррора в состоянии скорее раздражения, чем умиления внезапному и малоправдоподобному единению толпы призраков.

Возможно осознав этот грех, Мерфи и Фалчак сделали второй сезон гораздо более экспрессивным и сложным, чем Murder House: в нём по-прежнему сохранены отсылки к реальным историческим персонажам (эпизоды, посвященные «чудом выжившей» Анны Франк), однако в корне изменена основная концепция. Если в первом сезоне создатели, следуя традиции хоррора, представляли в качестве пусть зачастую и добродушных «монстров» призраков, то есть использовали классическую концепцию «угнетенного Другого», то в AHS: Asylum источником зла становится сама «угнетающая» система в лице Церкви и психиатрической медицины.

AHS4

У французского политического мыслителя Монтескье либерализм рождался в оппозиции к террору деспотии. У Мерфи разделяющие ценности либерализма центральные персонажи (журналистка нетрадиционной сексуальной ориентации и молодой человек, состоящий в межрасовом браке) находятся в состоянии угнетения и как следствие – в оппозиции к сестре Джуд, деспотичной управляющей психиатрической больницей, куда они по случайности попадают. Мерфи намеренно выбирает временем действия 1960-е: к этому периоду свойственно возвращаться американским либеральным мыслителям.

Однако цель Мерфи также и в том, чтобы «сыграть на контрасте» между периодом правления Обамы (в его правление происходит действие финального эпизода, в котором показана счастливая жизнь главной героини) и временами угнетения людей по расовым и гендерному признакам. Зло становится гиперболизированным: абсолютно все действия Церкви и её представителей вызваны порочными намерениями и ведут к катастрофам различного масштаба от взращивания центрального маньяка, «Кожаного лица», до возможного нашествия зомби.

Третий сезон посвящен уже событиям нашего времени. Здесь главным злом, заставляющим относящихся друг к другу с заметным презрением чернокожих и белых ведьм объединить свои усилия, представлена финансовая корпорация, возглавляемая белыми мужчинами, поддерживающими культ маскулинности.

AHS2

Даже ностальгия по прежней (у Мерфи в первую очередь дообамовской) эпохе, высказываемая в первом сезоне одной из героинь Джессики Ланг – пожилой аристократкой Констанс – представляется неуместной и свидетельствует скорее о злых намерениях ее персонажа. В третьем сезоне героиню Ланг – верховную ведьму Фиону Гуд, типичную femme fatale – подвергают наказанию, порожденному устаревшим патриархальным обществом: после смерти она обязана прислуживать мужчине, на этот раз не имея возможности к манипуляции им.

Перенесенная в третьем сезоне в XXI век мадам Лалори (культовый нью-орлеанский вариант Салтычихи), вынужденная смотреть выступления первого в истории чернокожего президента, испытывает невероятные мучения, которым остальные персонажи подвергают её с особым наслаждением.

Весь проект объединяет тема толерантности и демократизации как единственного пути спасения от всех напастей. Заканчивается весь этот праздник жизни сценой, в которой «академия ведьм» открывает свои двери для простых смертных, а единственной ролью, которая уготовлена в этом «новом прекрасном мире» образцу нормы и бывшему «угнетателю» (белому гетеросексуальному мужчине) – зомби, воскрешенный магией вуду ради служения эмансипированному женскому сообществу.

AHS3


0